Искал Снегурочку, а нашел труп. Трешевые истории из жизни главного Деда Мороза в Якутске

Бывший актер Русского театра имени Александра Пушкина Владимир Гоношенко больше 20 лет перевоплощается в главный символ Нового года — Деда Мороза. Он приходит в гости в красном халате и с «бородой из ваты», чтобы порадовать и детей, и взрослых. Но иногда такие визиты заканчиваются для него конфузом. Владимир рассказал 14.RU о самых трешевых случаях, которые происходили с ним в преддверии Нового года.

Далее от первого лица.

Был я в одном из питейных заведений Якутска, которое меня пригласило поздравить их клиентов. Я должен был пройтись по VIP-кабинкам — а их было много — люди уже изрядно подвыпившие. Заведение дало мне задание: всех поздравить, сфотографироваться и уйти. И вот уже начался процесс фотографирования, все гости собрались вокруг меня, как одна дама — изрядно выпившая, самая активная такая — решила встать на стул сзади меня.

Ну стала она вскарабкиваться на него и плашмя упала. Упала прямо передними зубами на край столешницы. И пока падала, руками или еще чем снесла плазму, которая сзади нее висела. Плазма тоже в дребезги. Я в шоке, люди в шоке, у дамы выбиты все зубы, всё вокруг залито ее кровью, благо, меня не зацепила. Ну и тут же агрессия у девушки, главное, в мою сторону, Деда Мороза. Оказывается, виноват во всём я — плазму эту разбил я, зубы восстанавливать ей буду тоже я. Но тут подоспела охрана, просмотрела видео с камер наблюдения, и, конечно, ситуация разрешилась.

Вспомнил еще историю такую жутковатую, трешевую, прям запредельную. Было это больше десяти лет назад, когда Снегурочка у меня еще была.

Мы со Снегурочкой принимаем заказ и по каким-то причинам, даже сейчас не вспомню по каким, путаем квартиру. Стоим, стучимся, получается, уже по ложному маршруту идем. Мы-то еще не знаем, что мы идем не туда. И так совпадает, что там живет взрослый и его ребенок, имена те же, что у заказчика. Ну, скажем, родитель Александр открывает, и ребенок там Танюша.

Но только в квартире полный хаос. Там просто притонище. Не притон, а притонище. И вот ребенок бедный там гуляет. Елка, естественно, не наряжена. Но ведь имена совпадают, адрес тоже, думаем мы.

Они сразу: «О, Дед Мороз!», туда-сюда, все в пьяном угаре. Мы отрабатываем программу. И я, проводя хоровод, возле выхода на балкон краем глаза наблюдаю свернутый то ли в ковер, то ли в линолеум… труп пожилого человека. Представляете, на улице лютый мороз, он замерзший, такой уже трупного цвета весь. Ну и я как бы сам себя успокаиваю, что, возможно, это какая-то восковая фигура или что-то с Хеллоуина. Снегурочка меня уверила, что у меня галлюцинация.

Когда мы уходили, уже попросили расплатиться за заказ. И тогда стало понятно, что мы пришли не туда. Просто совпали имена. И я бы забыл эту историю, поверил бы, что это мне почудилось, привиделось. Но буквально через два-три дня в пятничном выпуске газеты «Якутск вечерний» я читаю, что на улице Кирова, в этом доме, где мы были, у главы семейства обнаружен труп его пожилого отца на балконе.

Не знаю, кто это всё увидел, как, при каких обстоятельствах рассказал полиции. Факт в том, что отец-собутыльник умер, не знаю причин смерти, но сын его свернул в ковер и «до лучших времен» убрал на балкон, соответственно, никуда не сообщил. Вот такая жуткая история была.

Однажды заказали нас со Снегурочкой на дом, а там очень тесная однокомнатная квартира была, вся захламленная мебелью. Мы кое-как на небольшом клочке свободной территории пытаемся хоровод вести — я, Снегурочка, ребенок и мама. Это даже не хоровод был — мы просто топтались на одном месте. И я то ли посохом, то ли костюмом зацепил плед, иду-иду-иду и стаскиваю его. А под этим пледом, представляете, бабушка парализованная лежит.

Я первым делом подумал, что она вообще умершая, потому что с закрытыми глазами лежала. Сразу балкон тот вспомнил. Бабушка оказалась парализованной. Видимо, ее укрыли, думая, что она останется незамеченной. Вот настолько не хотели ребенку праздник портить, а сделать что-то новогоднее, что бабушку спрятали. А тут такой конфуз.

Я, естественно, глазом не повел, женщина тут же исправила это неловкое положение: укрыла бабушку опять. Но тем не менее мне страшно тогда стало, переосмысление ценностей произошло: что есть жизнь, смерть и так далее. Вот такие мысли пробежали в голове.

Однажды я работал в рекламном агентстве, и под Новый год мы взяли на себя обязательство проехать по нескольким адресам от имени городской управы и поздравить детей из неблагополучных семей.

И вот приезжаем мы на один из адресов, стучимся, никто не открывает. Потом подошла к двери мама и с благим матом, прямо трехэтажным, нас накрыла: «Кто такие? Какой еще Дед Мороз?! Кого?! Чего?!» Мы понимаем, что это неблагополучная семья, так что терпеливо спрашиваем, а где такой-то мальчик.

Женщина в конце уже сдалась, устала материться, видимо, и говорит: «А он на работе». Мы не поняли: «Какая работа?». «В ЖЭУ», — говорит. Ладно, приезжаем, спрашиваем про мальчика, а нам отвечают, что он выехал на аварию. Мы в недоумении: какая авария, мы же про пацана говорим! Но едем, короче, по адресу этой аварии, приезжаем, и видим, мальчика нашего. Он, оказывается, без документов работал сварщиком. Представляете? И устранял техногенную катастрофу — где-то течь, трубы прорвало.

Смотрим, точно наш 14-летний пацан, высокий, правда, долговязый, видно по глазам, по взгляду, что уже научен жизнью. Я к нему с подарком, улыбаюсь, говорю: «Расскажи мне стишок!» Пацан говорит, что не знает стихов. А я опять: «Ну, внучок, ну расскажи хоть что-нибудь дедушке!» Он такой уже сурового пацана включил, смотрит на меня и отвечает: «А ни хрена я, дедушка, не знаю». Вот мне эта его фраза на всю жизнь запомнилась.

Потом, спустя много лет, когда я пытался найти себе Снегурочку, на одно из объявлений откликнулась девушка. Мы с ней договорились, что я приду к ней домой поговорить, обсудить план работы. Пришел, постучался в дверь, а мне открывает тот самый мальчик, который много лет назад работал еще совсем маленьким на теплотрассе. Конечно, я ему не стал ничего рассказывать — при каких обстоятельствах мы с ним до этого виделись — но для себя отметил, что пацан вырос, и всё у него теперь хорошо: он стал главой семейства, у него есть автомобиль, свое жилье и любимая жена.

Также, когда составлял объявление о поиске Снегурочки, еще кое-что произошло. Составил я его грамотно, ни слова лишнего не добавил: «Дед Мороз ищет Снегурочку для работы в предпраздничные и праздничные дни, оплата по договоренности, ненормированный график», и так далее.

Тут же посыпались звонки и сообщения от девушек со странными вопросами. Я вначале не понимал, чего они от меня хотят. Озарение пришло, когда я одну из них попросил прислать фотографию — ну то есть мне нужно было визуально понять, подходит девушка на роль Снегурочки или нет. И вот тогда мне стали отправлять фотографии… И это далеко не ню-формата! А полностью оголенные, и они там такие… непристойные.

Оказалось, как я уже потом понял, на мое объявление откликались ночные бабочки, проститутки проще говоря. Представляете? Они думали, что это объявление о наборе девушек легкого поведения. И их было та-а-а-ак много! То бишь из потенциальных Снегурочек где-то в процентном соотношении, может быть, одна-две на сотню откликнулись. И того меньше.

Все остальные были поголовно проститутки. Вот тогда я понял, что к чему, и кто меня всё это время тревожил звонками. Я-то хотел просто Снегурочку найти и поработать в Новый год, а получилось вот так.

С тех пор Владимир Гоношенко работает Дедом Морозом без Снегурочки. Но даже будучи один, без заказов он не остается, и в своей профессии считается лучшим в Якутске, его так и зовут — Главный Дед Мороз города. Владимир в интервью 14.RU признался, что, возможно, когда-нибудь он издаст мемуары, в которых расскажет обо всех своих приключениях за более чем 20 лет работы.