
Мэр Нерюнгри в шоке от каждого выпуска
Обсуждение гибели музыкального критика Сергея Соседова после падения с лестницы в гостинице в Нерюнгри на федеральных каналах превратилось в обсуждение фигуры мэра города Ильи Гудошника. Шоу «Малахов» (16+) начало посвящать половину хронометража главе, обсуждать его личность, прошлое и то, что он недостаточно хорошо говорит с журналистами. Во время передачи прозвучали в том числе предположения, что мэр мог отравить телеведущего. Что об этом думает сам Гудошник — в интервью для 14.RU.
Сергей Соседов в сентябре прилетел в Нерюнгри, чтобы судить конкурс красоты «Жемчужины Дальнего Востока». На лестнице в гостинице он споткнулся, неудачно упал и умер в больнице. Спустя пару дней его тело отправили самолетом в Москву. Похороны состоялись 30 сентября, спустя неделю после произошедшего.
Первый выпуск «Малахова» вышел 28 октября. В нем показали гостиницу «Дархана», где всё произошло. Журналисты передачи вместе с племянником критика Олегом Казанцевым попытались выяснить, где владелец «Дархана» Тамерлан Караев, обсудили его бизнес, а также раскритиковали мэра Илью Гудошника за то, что он не стал встречаться с журналистами поздно вечером. Сам мэр ответил, что он был с семьей, а утром ему нужно было ехать в аэропорт, чтобы улететь в Москву.
Во втором выпуске показали кадры, как падает Соседов, и вновь прошлись по Илье Гудошнику, обвинив его в тайной встрече с музыкальным критиком. По итогам передачи мэр заявил, что подаст в суд на передачу «Малахов».
С Соседовым познакомиться не успел
— Учитывая, что это продолжает обсуждаться, не могу не спросить, вы точно не встречались с Соседовым?
— Я точно с ним не встречался. К сожалению, эта трагедия случилась на территории города Нерюнгри. Параллельно у нас была большая авария на ГРЭС. Физической возможности у меня не было, да и заявки такой не было. То есть организаторы меня не просили о встрече. У меня был плотный график из-за аварии и не было возможности.
Человек погиб. Из-за этого теперь такую историю раздувают. Могу только посочувствовать его родным.
— Последние две передачи на слуху, в принципе, у всей России. Как они повлияли лично на вас?
— Вообще, на самом деле я очень удивлен. «Россия 1» — очень мощный канал. И посвящать в передаче по 20–30 минут мне — это большой пиар. Кем он организован, я не пойму. При чем здесь Сергей Соседов? При чем здесь Илья Гудошник? Я что, тут главный антигерой или герой российской эстрады, какой-то передачи? Абсолютно непонятная позиция. У нас в России больше поговорить не о чем?
Пытаются какие-то косточки перемывать, какие-то мои достижения или недостижения обелять, очернять. Я для себя выводы сделал, что любые вещи можно перевернуть так, как хочется. Чем и занимается передача.
— А как на город это повлияло?
— Жители почувствовали! Если до сих пор люди, которые снимают эти передачи, не поняли реакцию жителей, то она резко негативная. Такое количество людей мне не писало никогда, ни в мой день рождения, ни в момент, когда я выиграл выборы. Никогда. Люди объединились. Они сплотились. Причем с таким жестким настроем, что готовы писать вплоть до президента о закрытии передачи. При чем тут люди? Вы зачем город позорите? Начинаете какие-то непонятные вещи сочинять.
— Когда во время прошлой передачи вас обвинили в том, что вы якобы могли отравить Соседова, какая у вас была первая реакция на это?
— Я понял, что на передаче можно сказать всё что угодно и что «Россия 1» и конкретно Андрей Малахов могут подать информацию так, как им угодно и интересно. Я с человеком никогда в жизни не виделся, не встречался, не общался, а теперь говорят, что я его отравил.
Не то что я с ним не обедал, чай не пил, я вообще с ним никогда не виделся и никогда не был знаком.
— А то, что Соседов приедет, многие знали?
— Я думаю, да, потому что конкурс был объявлен. Люди готовились к «Жемчужине Дальнего Востока». Конечно, он там был в анонсе. Не знаю, насколько люди поклонники его таланта, его творчества как критика, но в анонсе была Алиса Мон, которая должна была петь, а Соседов должен был судить. Поэтому, наверное, знали.
— А сам конкурс, наверное, тоже был более-менее известен? Его ждали, хотели на него прийти?
— Конечно, люди готовились. У нас есть творческие ребята, творческие девчата, которые выступают на конкурсах красоты. Это было бы к месту. Такие конкурсы проводятся.
— Я правильно понимаю, что конкурс местного уровня, но никак не федерального? То есть федеральные СМИ о нем бы не писали, если бы не произошло то, что произошло?
— Никогда бы в жизни. Это конкурс не местного уровня, но, может быть, Дальнего Востока. Неплохой конкурс. Я на нем не был, не анализировал его компетенцию, кто там выступает. Организаторов я знаю, с ними познакомился, ребята и девчата интересные. Занимаются организацией мероприятий, модельными агентствами. Молодцы. Есть у них такое увлечение, здорово.
Но на федеральном канале, конечно, об этом конкурсе бы никогда не узнали.
— В передаче «Малахов» от 17 ноября прозвучала информация, что ваш новый пресс-секретарь в прошлом работала на Соседова. Насколько это правда?
— Не знаю, скорее больше неправда, чем правда. Мой нынешний сотрудник Наталья работала в Якутске, в ЛДПР. Сильно сомневаюсь, что она с Соседовым была знакома. Если только видела его в Москве или на каких-то телепрограммах. Вероятность того, что она могла меня с ним познакомить, стремится к нулю.
Приступила она к своим обязанностям в октябре. То есть уже после гибели Соседова.
Угрожал и требовал молчать?
— Олеся Сазыкова, пиарщик и продюсер, в этом же выпуске заявила, что после передачи вы якобы ей звонили и даже попросили помолчать. Вы с ней знакомы? Был ли такой звонок?
— Я понял, что девушке мало внимания в жизни. Я не знаю, кто эта девушка, женщина, как ее назвать. Пусть органы запросят мои звонки, пусть органы поинтересуются, звонил я данной даме или нет. Но на федеральном канале звонить и говорить, что ей угрожал государственный служащий… Пожалуйста, но пусть тогда она за свои слова потом в Следственном комитете ответит, когда это окажется неправдой.
Пусть голос анализируют, помощников, без проблем. В этой передаче на хайпе люди решили поймать пучки славы. Неизвестные персонажи — какая-то подруга какого-то человека выступает, на голубом глазу рассказывает, что ей кто-то звонил, угрожал. Ты же понимаешь, что тебя вызовут в следком и потом запросят информацию. Где звонок-то? Покажи.
— Она еще сказала, что вы давние знакомые. Это тоже неправда?
— Соответственно. Я не знаю, какого она возраста, где она живет, чем она занимается. Я видел в передаче, что она подруга Сергея Соседова или пиар-менеджер. Абсолютно человека не знаю. Если бы не гибель человека, в жизни бы ее не узнал. Может быть, от этого бы ничего не потерял.
— А мог ли всё-таки ваш пресс-секретарь организовать встречу с Сергеем Соседовым, как говорилось на передаче, в ресторане «Хариус»?
— Нет. Не стояло у нее такой задачи. Я не думаю, что она обладает телефонами организаторов, Соседова в том числе. Если бы такая встреча была бы необходима, наверное, на меня бы вышли организаторы. Исходя из программы, из того, что услышал, он приехал, вышел покурить, поднимался по лестнице и умер. То есть нигде и не был. К сожалению, в Якутии он ничего не посмотрел.
Достали старые фото
— Говоря о новом видео в передаче «Малахов». Там показали ваш день рождения. Это свежее видео?
— Нет, это видео не свежее. Не знаю, какого года и у кого из моих друзей они его нашли. Там друзья достаточно молодые, поэтому это период «лохматых» годов. Друзьям там было около 20 лет, может, 17. Где оно было сделано, когда, в каком ресторане, когда это было, какой день рождения, я не знаю.
— На передаче также прозвучала гипотеза, что администратор отеля «Дархан» возил Соседова на встречу с вами. И на опубликованных кадрах с момента падения этот парень куртку снимает, а Соседов поднимается. Вы с ним знакомы?
— Я не слышал, чтобы он там возил Соседова. Поскольку город у нас небольшой, я администратора действительно давно знаю. Его зовут Федор, он профессиональный диджей. Мы работали вместе в сфере эвента, общаемся, не часто, конечно. Он получил негативные лучи славы из-за того, что просто стоял рядом.
— А видео из Сочи?
— Это отдельная история. Я видел, как он там играл диджейские сеты. Это было очень давно. Но я не был с ним в Сочи, меня на этом видео нет. Да даже если ездил! Какая разница, куда мы там ездили работать? Мы зарабатывали как могли. Были неплохими организаторами мероприятий в то время. Не помню, какой это год был. Наверное, тоже очень давно. Это такой период, расцвет молодости. Когда Федор ездил играть, я видел это у него во «ВКонтакте». Молодец. Чего такого?
Предложение Милонова и злопыхатели
— Что скажете о критике депутата Госдумы Виталия Милонова? Он снова выступил в передаче и предложил вам подать в отставку на основании того, что вы не помогли Соседову?
— Честно, я не буду его комментировать, у Милонова свой зритель есть, свой избиратель, пусть они его комментируют.
По поводу помощи Соседову. Я узнал о его смерти уже постфактум. Организаторы сами справились. Не знаю, на кого они выходили, но на меня не выходили.
— У вас были некие последствия после передачи и после интервью, которое вы дали местным изданиям. В том числе вы там говорили о депутате Ил Тумэна Александре Кошукове и его команде, в которой, насколько я понимаю, есть житель Нерюнгри Александр Силин. Вас удивило его появление в новой передаче? Связь между Кошуковым, Силиным и негативом, который на вас льется, всё-таки есть?
— Сейчас вообще всё заиграло новыми красками. Федеральный канал публикует интервью с очень сомнительной репутацией. С человеком, который называл матерей-одиночек блудницами, и это самое мягкое выражение, который получил административные взыскания по материалам национализма. Его привлекали к ответственности. Он настолько скандальный… Даже несмотря на то, что он обиделся на это слово. Это самое мягкое слово, которое к нему можно отнести. Этот человек — из ряда вон выходящее событие города. Мне стыдно за такого гражданина.
О нем написано столько статей. Его цитировал когда-то Владимир Соловьев, рассказывал, что он бил жену, получил по этому поводу наказание. Есть видеозапись, можно поднять. Сейчас человек пытается выступать экспертом и местным жителем.
Эта передача рассчитана на кого? На местного жителя Нерюнгри? Это несерьезная работа. К этому человеку отношение у подавляющего числа людей не просто неоднозначное, а очень конкретное и очень негативное.
Что касается Кошукова, я ему рекламу делать не буду. Я говорил, что он скажет, что не причастен ни к чему. Люди рассудят. Пусть люди посмотрят, кто на концерты ходит вместе, кто где сидит, кто где живет, кто с кем общается. Тут очень много моментов, которые указывают на их близость. То, что у Кошукова есть определенные дрязги с администрацией, это так. У нас дел очень много не совсем разрешенных, о захвате земель, о не совсем правильных документах. Не хочу наговаривать на человека.
Я знаю конкретно, у меня есть глаза, у моей команды есть глаза. Мы видим, кто откуда выходит, кто с кем общается, кто с кем сидит в Центре культурной духовности шушукается, а потом рождаются непонятные запросы.
Сан Саныч Силин ходит ко мне на прием граждан, пытается меня какими-то непонятными письмами завалить, чтобы какую-то правду найти. Хотя правду среди них никто не ищет. Это старая методика, по которой они работали еще с предыдущими главами районов, методика заваливаниями письмами и недавания работать. Ничего нового.
— Если говорить о конкретике. Силин заявил в передаче, что происходил рейдерский захват земли предпринимателей. О чем он говорил?
— Я думаю, что рейдерский захват… Его захватили инопланетяне, пытали и потом обратно вернули на землю рейдерским захватом. Я не совсем понял, про какие там он рейдерские захваты говорит, кто захватывает, что захватывает. Поменялось законодательство в сфере нестационарных торговых объектов. Было действительно много очень жалоб, было очень много моментов, вопросов с прокуратурой, с предпринимателями. Большую часть мы утрясли. Есть предприниматели, которые не заключили договоры на размещение нестационарных торговых объектов, фактически они должны быть убраны, то есть снесены. Это закон.
А когда у тебя рыльце в пушку, как у некоторых предпринимателей, они пытаются через СМИ на какую-то там свою там правду давить: «Нас обижают». Да, ребята, 99% людей привели в законное состояние свои объекты, а некоторые нет. Вот и всё.
Сан Саныч [Силин] четко об этом говорит, что [изымают] у кого-то, фамилию мы называть не будем, у кого-то, на кого он работает. Поэтому никакого захвата нет. Нас проверяет прокуратура так часто. Жалуются — проверяют, жалуются — проверяют. Это их работа. Наша работа отвечать. Мы отвечаем на те моменты, которые прокуратура запрашивает.
— В выпуске также была предпринимательница, которая заявляла, что якобы к ней приходил ваш заместитель и угрожал, что бизнес у нее изымут. Это правда?
— Конечно. У женщины погиб сожитель на СВО, и она приходила ко мне, мы с ней беседовали. У нее тоже были проблемы с договорами. Я уже не помню, какие конкретно, как именно они решились, через суд или нет. У нее действующий магазин. Александр Михайлович к ней приходил и говорил, чтобы она не торговала в своем объекте алкоголем, так как не имеет на это права. Это было не единожды, не дважды, не трижды.
Опять же странно говорить, что ты такой честный предприниматель, а торговать алкоголем — фотографий масса, видео масса, чем она торгует. Конечно, к ней резонный вопрос: перестаньте торговать. Торгуйте своей продукцией, продуктами питания, не нарушайте закон.
А по поводу того, что у нее погиб мужчина, муж, ее сожитель, она это и в эфире сказала, я ей искренне сочувствую. Это беда и утрата. Но работать нужно в законодательном поле, а не использовать площадку федерального канала, чтобы… Чтобы что? Любая проверка полиции, общественности выявит, чем ты торгуешь: пивом, шампанским и так далее.
— Я правильно понимаю, что ваш заместитель приходил к ней и сказал: «Вам нельзя торговать алкоголем без лицензии, если продолжите, мы расторгнем с вами договор и бизнеса у вас не будет»?
— Не совсем. Пиво и шампанское — это нелицензируемый вид деятельности. Без лицензии торговать можно, но это должен быть капитальный объект, а не нестационарный. У нее нестационарный. Никто не угрожал. Если к вам приходит человек, даже не госслужащий, обычный человек, он имеет право спросить, на каком основании вы торгуете. Не знаю, зачем она сама себе делает негативную рекламу.
Защита чести и Нерюнгри
— Юрист в выпуске «Малахова» от 17 ноября довольно резко ответил на ваше заявление, что вы готовы судиться с передачей за защиту чести и достоинства. Он там довольно резко сказал: «Хотите встретиться в суде? Давайте встретимся». Как вы к этому относитесь?
— Напугать нас решил, что ли? Не я выкладывал свои фотографии без разрешения в трусах, не я публиковал ложные данные, не я обвинял в отравлении другого человека. У него позиция-то слабенькая. У нас таких много было, которые громко говорили, а потом в суде были. Позиция суда очень объективная. Она фактам верит, а не кто громче крикнет, тот и прав.
Отстаивайте честь и достоинство программы, но скажите, на каком основании вы меня обвиняете — раз. Второе — кому я звонил, где подтверждение информации. Кого я там травил — три. На каком основании мои фотографии используют — четыре. Пусть. Я в это ввязываться не особо хочу, энергозатратно, но от меня жители требуют, чтобы мы подали в суд на эту программу.
Программа позорит меня как главу и позорит горожан.
— Когда планируете подать иск?
— Я оставлю пока это в тайне. Судебный иск — это небыстрая история. Он должен быть сформулирован грамотно, четко и по существу. Посмотрев программу сегодня… Мы точно про Соседова говорим? Там про Соседова пять минут, про Гудошника — 35 минут, еще 20 минут про остальных людей. У меня такое впечатление, что это какой-то заказ. Но чем больше меня поливают грязью… Это точно не на нас рассчитано, не на местных. У людей глаза есть. Они видят, что четыре года назад было, что сейчас. Мне даже комментировать нечего.
Мы подготовим иск, потом оповестим об этом. Дело даже не в том, что я обиделся. Конечно, мне неприятно смотреть. Это очень негативно влияет на мое настроение, настроение моей команды и жителей, но за свои слова, тем более такие громкие обвинения, нужно отвечать.
— На передачу от 17 ноября пришла Илона Грошева. Она начала рассказывать о том, что Нерюнгри — вообще-то прекрасный город. В какой-то момент ее перебили. Она успела сказать, что у вас, возможно, не хватает компетенций для общения с людьми. В первую очередь подскажите, хватает ли вам компетенций для управления городом?
— Я видел ее выступления, да. Сам ее не знаю. С мамой сегодня разговаривал, она сказала, что да, общались в каком-то моем глубоком детстве. Я не знаю, чем она занимается. Выступление ее нужно поделить на два. Во-первых, спасибо, что приятные вещи сказала про город, про мои компетенции. Про то, что у меня не хватает компетенций, я не согласен. Компетенций у меня достаточно много. Я был депутатом районного совета, был директором предприятия, замдиректора предприятия. То есть опыт у меня есть.
Если мы равняем на опыт жизненный, как у человека за 50–60 лет, то, конечно, у меня этого опыта нет. Но для моих 36 лет опыта у меня достаточно.
То, что у меня не хватает якобы опыта в общении… Что я не стал общаться с журналистами… Я так хотел. Они семь раз мне звонили, я семь раз им повторял одно и то же: «Я соболезную близким Сергея Соседова, добавить мне нечего». А из этих слов никакого хайпа, никакой сенсации не сделать.
Сегодня [речь идет о выпуске от 17 ноября] я вообще не понял, это была передача про Сергея Соседова или про Илью Гудошника?
Там еще про песню было нейросетевую, оказалось, что я сам ее пою. В том году один молодой человек, который живет в Нерюнгри, сделал мне подарок на день рождения. Эту песню слышали человек 100–200 в Нерюнгри. Они считают, что это какая-то грязь, гадость, но прикольно же! Теперь все песню знают!
— Про эту песню, кстати. В передаче заявили, что она была на главной странице администрации города. Это правда?
— Конечно, нет! Смешно. Эту композицию, когда начались переписки о передаче, роликом закидывали в Nerulife — это наш большой канал. Впервые я эту песню слышал 9 февраля 2026 года, за день до своего дня рождения. Мы с нее очень хорошо похохотали тогда.
Никуда не выкладывали. Чего нас за идиотов-то держать. Я понимаю, что всё, что на передаче было, в адекватную голову не влезет, но выкладывать такую песню на сайте… Это не просто самолюбие щекотать, это надо голову полечить, если им так кажется.
— Вернемся к Грошевой. А что вы думаете о реакции участников программы на ее выступление?
— Слово «заткнули» здесь будет самым правильным. Вышла женщина, приятная и ухоженная. Начала рассказывать про советское прошлое города, про его достижения. Это было классно, но классно там никому не нужно! Кому нужна правда? Кому нужна обычная история человека, который хочет рассказать о городе, о его жителях, о его романтике? Это не про эту программу точно.




