«Ложка к обеду дорога»: женщина-таксист из Якутска — о ценах, любви и совести в минус 50

В Якутске, где в канун Нового года столбик термометра опускается до –50°C, а автобусы ходят редко, такси становится вопросом выживания, а не комфорта. Марина с мужем Самвелом работают водителями уже восемь лет. У них разные машины и графики, но единый принцип: «Ценник можно поднять, но совесть терять — нельзя». Марина рассказала 14.RU, как они трудятся с мужем в праздники и не только, как она пережила ДТП и почему женщина за рулём — не «таксистка».

День Марины начинается в пять утра, до выезда она успевает сделать домашние дела, а муж проверяет и подготавливает машины: у неё Toyota Premio, а у него Prius.

— Мы с мужем работаем таксистами с 2017 года, самозанятые. Это даёт нам независимость: можем взять отпуск, когда захотим, особенно если нет финансовых проблем. Я говорю ему: «Поехали, съездим куда-нибудь, отдохнём». И мы просто собираемся всей семьей и едем. Мне нравится, что я не жду разрешения на отпуск, — говорит Марина.

Наша героиня работает максимум до пяти–шести вечера, даже в четыре может вернуться домой. Объясняет она это просто: всех денег не заработаешь, а весь дом и хозяйство на ее хрупких плечах.

— Я еду на работу в семь. Потом мы с мужем обедаем, а к часам пяти я еду домой. Просто говорю: «Я устала, я женщина», — смеется Марина.

Муж работает дольше — до девяти–десяти вечера, каждый день, круглый год без выходных.

Единственная их отдушина — путешествия на машине: до Владивостока, Читы, даже до Монголии. Берут с собой не только детей, но и 72-летнюю бабушку, после на целый месяц покидают Якутию.

— Мы выбираем одну из машин, штурманом бываю я, потом меняемся. Преодолеть тысячу километров в день — для меня в принципе нормально. Когда я за рулем, муж спит, у нас всегда с собой есть спальник, — говорит она.

Накануне Нового года в соцсетях Якутска взорвалась волна возмущения: цены на такси выросли до 700–800 рублей даже за короткие поездки по центру. Марина этому совсем не удивилась:

— Говорят, что ложка к обеду дорога. А водители бывают разные, зависит от их темперамента и жадности. Кто-то сильно «косит» в праздники, зная, что у пассажиров выбора нет: хочешь уехать быстро в тепло и без ожидания — придётся заплатить чуть больше. Я таких цен не устанавливаю — зачем портить настроение людям?

На взгляд Марины, работать в Новый год — это суматоха. Во-первых, к торговым центрам и местам корпоративов попросту не подъехать. И если она берет такой заказ, то делает ценник 350 рублей, и еще «на берегу» договаривается, что припаркуется в другом месте, куда пассажиры смогут добежать пешком.

— Зато плутать не надо и выезжать легче. Пассажиры соглашаются с удовольствием — надо уметь договариваться, — считает Марина.

Суматоха также бывает и по вине «чайников»:

— С деревень приезжают, видимо, и не ориентируются в правилах дорожного движения. Конечно, не все с рулем родились, так что приходится терпеть. Я не обращаю на это внимания и езжу спокойно, а мальчишки, конечно, все время на них ругаются: «Дебилы!».

В сам Новый год, 31 декабря, Марина уже не таксовала — занималась подготовкой праздничного стола. Но у нее был такой опыт пару лет назад.

— Это был 2021 год, я тогда выполняла последний заказ до Чернышевского за 1200 рублей. Мужик сильно опаздывал, а мне надо было домой — почти уже 12 ночи. И за 15 минут до боя курантов я вернулась, чай попила, позы покушала, и убежала обратно таксовать. Тогда у меня ценник был от 500 рублей — все равно за риск немножко надо добавлять, потому что, мало ли, вдруг не оплатят или пьяные скандал затеют. Кто-то, конечно, ворчал, говорил, что «дорого», кто-то спокойно воспринимал, — рассказывает Марина.

Женщина-таксист объясняет свою ценовую политику на ежедневные поездки вне зависимости от времени года и праздников так:

— По центру в непраздничные дни я беру 250 рублей. А если уже пробки начинаются — поднимаю до 300 рублей. А в праздники — 350–400 рублей. Если совсем ехать куда-то до ДСК, могу максимум 500 поставить. Но это потолок. Потому что я тоже не сумасшедшая, и людей жалко, — говорит она.

Марина с мужем работают и на «Яндекс.Такси», и на «Индрайвере». Эти агрегаторы для поездок друг от друга отличаются.

— В «Яндексе» сейчас от 250 и выше цены. Идёт потолок до 500 — это в часы пик, по понедельникам и вечернее время. Пассажир платит, допустим, за короткую поездку 170 рублей. А остальное возмещает «Яндекс». Это удобно: пассажиры не страдают, а мы получаем компенсацию. Но, конечно, комиссия снимается. То есть, из тех же 250 мы получаем примерно 205 рублей, — рассказывает Марина.

— У меня муж и по 200 заказов делает в неделю. Он работает как волк. В месяц у меня выходит около 100 тысяч рублей, а у мужа бывает и до 200-300 тысяч доходит. Но для этого надо пахать, — предупреждает таксист.

В «Яндекс.Такси» Марина видит свои плюсы: не надо искать заказы и торговаться с пассажиром, а также водители могут исключить из своей анкеты определенные районы города. Марина, например, не ездит в аэропорт, Сайсары, Хатын-Юрях, а выбирает только центр, который знает наизусть. Причем, она умеет ездить и «по огородам», чтобы сократить путь.

В «Индрайвере» всё решает сам водитель — может поднимать изначальную цену пассажира, но тут есть свои особенности:

— Там уже кто во что горазд. У кого рейтинг выше, тем быстрее заказы приходят. А я так смотрю: «Ой, нормальный заказ» — и торгуюсь. Некоторые пассажиры, наоборот, на женский пол больше ориентируются, потому что понимают: женщины аккуратнее водят, правила не нарушают, с ними ехать спокойнее, — уверена Марина.

Бывали случаи, когда пассажиры в «Индрайвере» за обычную поездку предлагали 5 тысяч рублей. Марина такие заказы не берет — комиссия за них будет большой, а оплатит ли пассажир — еще не известно.

— Лучше не рисковать. Ты только нервы себе портишь и думаешь, а вдруг это «кидалово» какое-то, мало ли. Я не верю в сказки, вообще побаиваюсь таких пассажиров, — признается таксист.

Марина подчеркивает, что с мужем они ведут строгий учет, оплачивают налоги и не темнят — это принцип.

— Сейчас 50% водителей «в темную» работают: меняются аккаунтами, какие-то махинации проворачивают, тоже некрасиво. Мне так не нравится — потом спокойно жить не сможешь. Я все делаю по-честному. У меня и страховка АСГОП (автогражданская ответственность) есть, чтобы, если вдруг, не дай бог, какое-то ДТП, пассажиру тоже было возмещение.

ГИБДД не дремлет. У меня сзади сидят пассажиры, я не могу ими рисковать. В первую очередь мне важен пассажир, потом я и уже автомобиль.

Одна из главных болевых точек водителей — перевозка детей. В «Яндексе» до сих пор нет тарифа с детским креслом, хотя Марина неоднократно просила их об этом задуматься:

— Я ругаюсь с ними постоянно: сделайте специальный тариф! Мы кресла приобретём и нормально будем ездить. Пусть будет чуть дороже — на 80 рублей, например. Но, по крайней мере, это обезопасит всех, — уверена женщина.

Без кресла за поездку с детьми водителю грозит немалый штраф.

— Хотя бустер у меня есть, но я не имею права возить маленьких детей. ГИБДД — они же безжалостные. Штраф три тысячи. С этого года вырастет до пяти тысяч, а для нас самозанятых — до 50 тысяч. Из-за трёхсот рублей рисковать не хочется. Но при этом, приезжаешь, а на улице мать с двухлетним ребёнком стоит. И как я брошу малыша в мороз? Так что на свой страх и риск приходится ездить, — признается Марина.

За восемь лет Марина повидала всё: пьяных мужчин, которые предлагают продолжить знакомство в более романтичной атмосфере (у них в квартире), и агрессивных женщин.

— Самое главное — не конфликтовать с пассажирами. Даже с любым пьяным можно найти общую тему, если он хочет поговорить. Со мной даже молодые парни советуются: «Как с девушкой помириться?» А девушки, наоборот: «У меня парень — козел!», и едешь и ржешь с ними. Девушкам я советую находить компромисс, немножко быть лояльнее, они же женщины. Мальчишкам говорю быть напористыми, но не наглыми.

Больше, чем пьяных мужиков, Марина боится пьяных женщин.

— Я боюсь их. Не люблю забирать, честно скажу. Они обязательно почему-то начинают последними словами оскорблять. Нашу работу связывают с женским сообществом низкой социальной ответственности, такие у них ассоциации, что я «женщина-таксистка».

С мужчинами, наоборот, легче договориться. Был случай, когда привезла одного мужика по адресу, а он мне предложил продолжить вечер у него. Пьяненький. А я дурочку включила: «Да? Серьёзно? К тебе?» Он такой: «Да, вот мой подъезд. Пойдем». Я притворилась: «Да неужели? Ну, ладно. Слушай, давай ты поднимайся. Какая квартира там? 52-я, да? Ага, хорошо. Сейчас я машину припаркую, носик попудрю и поднимусь. Иди, чайник поставь». Он весь в надеждах побежал домой, а я бегом сваливать. Надо немножко хитрее быть, пока он там чайник ставит, — смеется Марина.

Но бывали у нее и трогательные моменты:

— Недавно везла женщину в наш военкомат, а она, оказывается, только что потеряла сына на СВО. Тяжело было слушать ее историю, но я искренне ей соболезновала. Потому что я тоже мать. Выслушать, какой-то совет дать, постараться вникнуть в ситуацию и помочь человеку, хотя бы успокоить словами — это важно. Таксист должен быть немного психологом.

Крутить баранку Марина начала неслучайно — её отец был таксистом и ездил на ГАЗ 24-10 с таксометром ещё в 80-х. Марина называет себя «потомственным таксистом».

— Я была влюблена в профессию с детства. Мне нравилось, что «пик» — и сразу 20 копеек выскакивает, уже надо денежку забирать с пассажира. Мой отец с 80-х по 2000-е таксовал. А я потом уже права получила и с 2015-го начала ездить. Мой первый автомобиль был отечественный — «Волга». На ней я училась водить и загонять машину в гараж, — рассказывает она.

Но профессия далась Марине нелегко. Пару лет назад она попала в ДТП — в нее въехал сзади другой водитель. У Марины диагностировали компрессионный перелом позвоночника.

— Я перенесла несколько операций, у меня образовалась межпозвоночная грыжа. Года полтора отходила: операция за операцией, за руль садиться нельзя, ни стоять, ни лежать не можешь. Я ползала по дому и посуду мыла, — рассказывает женщина.

Марина обращалась и к мануальным терапевтам, посещала массажи, ездила даже к ламе в Улан-Удэ. Но ничего не помогло.

— Мне кажется, они наоборот хуже сделали, потому что вернулась в Якутию я полулежа. Но думаю, что Бог не даёт нам таких испытаний, которые мы можем не пройти. Всё это целенаправленно, чтобы проверить человека на вшивость: выдержит или нет, — рассказала она.

Марина все выдержала и все преодолела, продолжает работать таксистом. Только теперь каждые полчаса выходит из машины и наворачивает круги вокруг авто, а если пассажир задерживается и рядом есть детская площадка, она качается на качелях.

— А потом пассажиры выходят, оглядываются — а водителя нет. А я кричу им с площадки: «Я тута, тута!» — и бегу. Они смотрят на меня и ржут, а я смеюсь в ответ. А что делать? Сидеть и крутить баранку с утра до вечера — непросто, — объясняет она.

В машине у Марины кроме огнетушителя и аптечки есть несколько постоянных атрибутов: пряжа, книги и детские игрушки.

— Мне не нравится, когда мамы сидят, а ребёнок в телефоне. У меня с собой книжки, игрушки для развития моторики. И когда я вижу такого малыша, мне так охота ему книжку сунуть, или там игрушку… Я сама до сих пор в библиотеку часто хожу. Если заказов нет — сижу в машине и читаю. Иногда вяжу или вышиваю. Нужно ведь отвлекаться. Иначе просто перегоришь.

В конце разговора Марина возвращается к главной теме: за какую цену уедет пассажир — зависит от совести водителя.

— У кого-то она есть, у кого-то — нет, и им наплевать. А тот, кто сам был в сложной ситуации, или на грани жизни и смерти, он воспринимает мир иначе. При этом, надо же понимать, что человек не просто так заказывает такси. Это необходимость. Если я откуда-то издалека еду, — с Сергеляхского шоссе, например, — и вижу, как по дороге идут женщины, я всегда останавливаюсь, и говорю, что еду на 202-й микрорайон, могу до центра довезти или кого-нибудь по дороге высадить у остановки.

Летом увидела женщину возле оптовки — она несла огромные пакеты. Я развернулась и подъехала к ней. Смотрю, а у нее из гортани трубка торчит, она вся хрипит, а все равно пешком идет с такими баулами. Ну я пакеты раскидала в багажник и довезла ее до дома. Дедушек с внуками на улице увижу, стоят в мороз на остановке, а автобуса нет — я тоже предлагаю их подвезти. Понимаю, что автобусы ходят редко, а мне же совсем не сложно.

Марина уверена, что любая профессия — уважаема, и в свою влюблена до сих пор.

— Я с удовольствием хожу на работу. И когда, допустим, не в настроении, то понимаю, что это никак не должно влиять на пассажиров. Мало ли что случилось, мне теперь сидеть и дуться весь день? А причём тут пассажиры? Свое личное нужно оставлять дома.

Есть среди них, конечно, и недовольные. Даже если их хорошо обслужить, все равно они за что-нибудь придерутся. Нам с мужем порой бывает обидно, когда нам ставят плохую оценку, хотя никому не грубим и не хамим — не такие мы люди. Свою профессию мы любим. Человек должен идти на работу с удовольствием и любить своих пассажиров чисто из-за того, что ему нравится эта работа.