«Разница в доходах в 20 раз»: в каких регионах России средняя зарплата 200 тысяч, а у других чуть за 40

В России зарплаты — это почти как лотерея. Где-то платят 200 тысяч и выше, а где-то даже 30 тысяч рублей — это предел. Разрыв между разными регионами и отраслями стал настолько огромным, что обсуждать его можно уже не как нормальную статистику, а как какой-то учебник по антиэкономике.

Разрыв между регионами — почти 162 тысячи рублей. На Чукотке средняя зарплата сейчас 208 тысяч, в Москве — 180 тысяч, а в Ингушетии всего 46 тысяч.

Представьте, через шесть лет жители Ямала, Чукотки и Татарстана будут получать в среднем более 200 тысяч рублей в месяц. А вот Ингушетия, Дагестан и Чечня дойдут до этой отметки лишь через двадцать лет.

Руководитель оперативного штаба независимого профсоюза «Новый Труд» Алексей Неживой в беседе с MSK1.RU говорит: «В регионах-лидерах — это столица и север — высокая концентрация головных офисов компаний, промышленность, стратегические государственные проекты. На Чукотке и Ямале доставка товаров дорогая, поэтому рабочая сила стоит дороже».

По его словам, стоимость базового набора товаров в северных регионов высокая. Именно поэтому зарплаты компенсируют расходы.

На севере активно внедряются сервисные роботы и дроны. Это должно снизить стоимость жизни и дать доступ к образованию в удаленных территориях, говорит Неживой. Автоматизация и онлайн-образование могут выравнивать зарплаты между регионами… Но при условии, что инфраструктура будет готова.

В Ингушетии, Дагестане и Чечне средние зарплаты всего 44–50 тысяч. Причины? Слаборазвитая промышленность, аграрная экономика, высокая безработица и теневой сектор.

«Жители Кавказа трудолюбивые, — говорит Неживой. — Но их труд пока не востребован. Если бы там применялась платформенная экономика, как в центральной России, рост доходов был бы быстрым».

В средней полосе России бурно развивается работа через платформы: доставка, такси, маркетплейсы. Многие самозанятые получают доход, сравнимый с официальной зарплатой. «Платформа убирает посредника, сокращает издержки, делает услуги доступнее, а товары дешевле, — объясняет Неживой. — Для людей это дополнительный доход. Для экономики — рост ВВП».

По словам эксперта, цифровые платформы вовлекают огромное количество людей в экономику. Тем самым они создают доход там, где раньше его почти не было. Но в ряде регионов архаичная структура управления и экономики тормозит такой переход.

Но есть и еще один фактор. Низкие зарплаты часто связаны с коррупцией и теневой экономикой, говорит Неживой: «Деньги распределяются среди узкого круга лиц, а обычный человек почти не виден в официальной статистике».

В Татарстане зарплаты тоже растут рекордно. Причина — стратегические производства: машины, вертолеты, оборонная техника.

«Здесь есть большой спрос на квалифицированные кадры. Работодатели вынуждены платить выше, чтобы привлечь специалистов», — поясняет Алексей Неживой.

Цифры на бумаге — холодная статистика, но за ними скрывается настоящая социальная драма: богатые и бедные живут параллельно, не встречаясь. «У нас очень большая дифференциация по зарплатам. В экономически развитых странах она составляет 4–5 раз, у нас — иногда доход одних превышает доход других в 20–30 раз», — говорит профессор Института государственного управления РАНХиГС Александр Щербаков.

По его словам, если разрыв слишком большой, зарплата теряет свое стимулирующее значение. Топ-менеджмент компании всё сильнее отрывается от рядовых сотрудников.

«Разница в зарплатах в 4–5 раз — это не теория, это опыт других стран, который показывает, что такое различие более-менее приемлемо. Оно характерно для таких социально ориентированных стран, как скандинавские страны Северной Европы или, например, Япония», — говорит профессор Щербаков.

Алексей Неживой считает, что решить эту проблему — гигантской разницы в зарплатах — могут повышение культуры управления и борьба с теневыми схемами: «Без этого никакая автоматизация и платформы не помогут».