«Я не убивал, только душил». В поселке Якутии убили многодетного отца из-за отказа слушать истории про СВО

Вилюйский районный суд рассматривает уголовное дело об убийстве многодетного отца Алексея, которого 17 февраля 2025 года зарезали в собственном доме. По версии следствия, обвиняемый, ранее неоднократно судимый житель поселка Кысыл-Сыр, во время пьяного застолья поругался с жертвой из-за темы СВО, накинул ему на шею шарф его пятилетней дочери и нанес 30 ножевых ранений в сердце и шею.

Однако, по словам родных убитого, нападавший заявил им: «Я не убивал, только душил», а теперь и вовсе пытается доказать суду, что это было не умышленное убийство, а самооборона. Родные в отчаянии ищут справедливости. И в этой истории, как они рассказали корреспонденту 14.RU, может быть замешан еще один человек — лучший друг убитого, военнослужащий, вернувшийся с СВО.

По рассказам матери Алексея, утром 17 февраля ее сын после завтрака собрался в новую квартиру, которую купил недавно и еще не обжил. Жена с тремя детьми осталась дома, собиралась в поликлинику и договаривалась со свекровью оставить детей у нее. Алексей позвонил матери утром ближе к 11:00 и сообщил, что на обратном пути домой встретил на улице некоего Птицына, «голодного, подвыпившего и без денег».

— В кругу сына я этого человека никогда не замечала, в гости к нам не ходил, жена Леши Наташа тоже его не знает. Птицын, как мы потом узнали, только освободившийся, сомнительной репутации. Я предполагаю, что они с Лешей могли познакомиться, когда работали на стройке спортзала. Леша плотник, и его часто звали помочь. Он очень хорошо владел инструментом, руки золотые, — вспоминает Александра, мать потерпевшего.

По ее словам, сын сказал ей, что пожалел Птицына и предложил пойти к нему домой.

— Леша был так воспитан, что помогал всем, даже кормил и давал одежду тем, кто постоянно выпивал, не работал, говорил: «Мама, им трудно, им тяжело, они тоже хотят кушать», — объясняет Александра.

Как ей после рассказала жена сына, к 11:00 пришел Алексей с Птицыным. Муж предложил оставить детей дома — он же успел вернуться. Но девушка отказалась: ей не понравилось, что у них дома незнакомый подвыпивший человек.

— Когда она вернулась ко мне с поликлиники, Леша позвонил и сказал ей, что они с Птицыным посидят, поговорят, и он приедет за ней и детьми на такси. Мы на Заозерной живем, в конце поселка, далеко от них, — говорит Александра.

Но Алексей так и не приехал, тогда мать перезвонила ему в 14:15. Она услышала на заднем фоне смех, узнала по голосу друга Алексея по кличке Зверев, который недавно вернулся с СВО.

— Ничто не предвещало беды. Они шли, попеременно разговаривали, смеялись — Птицын, Зверев и Леша. Я спросила: «У тебя всё хорошо?», а он говорит: «Да, мама, у меня всё хорошо». Я почему-то опять спросила, какие-то тревоги закрались в сердце, не знаю, почему. Он меня успокоил, обещал перезвонить. Это был наш последний разговор, — вспоминает Александра.

По показаниям жены убитого, она перезвонила мужу примерно в 15:10 и по голосу поняла, что он в неадекватном состоянии, сильно пьян, не может толком говорить. На фоне громко разговаривали двое мужчин. После 17:00 муж трубку уже не брал, девушка попробовала дозвониться до его друга Зверева, но он не ответил на звонки. Забеспокоившись, она попросила свекра, который жил на соседней улице, проверить Алексея. Уже после шести вечера он перезвонил и сказал: «Лешу убили, вызывайте скорую и полицию!»

По показаниям Птицына из материалов уголовного дела, которые имеются в распоряжении редакции, в то утро он встретил Алексея у некого Баболина, они распивали водку. Потом Алексей якобы предложил пойти к нему домой и еще выпить. Так и сделали. Когда его жена ушла, «он откуда-то достал самогон, нарезал сало и хлеб ножом» (Наташа это полностью отрицает — в доме спиртное никогда не держали).

Далее, по версии Птицына, после 14:00 они с Алексеем пришли в магазин «Островок», где к ним присоединился Зверев. Купив две бутылки водки, все трое пошли в дом Алексея. Уже там, выпив 1,5 бутылки, у Птицына с Алексеем начался конфликт на фоне темы про СВО: Птицын расспрашивал Зверева про дроны и его участие в боях, поскольку якобы сам хотел пойти добровольцем, а Зверев «охотно рассказывал, каких-либо замечаний не говорил». Но вот Алексей был против этой темы, просил ее не поднимать, поэтому они повздорили.

Примерно в 16:00, как утверждает Птицын, Зверев ушел, потому что ему позвонила жена. Спустя полчаса, допив остатки алкоголя, обвиняемый снова стал говорить про СВО и в итоге они с Алексеем еще сильнее поругались, началась драка. Из показаний Птицына следует, что Алексей «откуда-то достал шарф и попытался накинуть на него», но мужчина его отобрал и сам натянул на шею Алексея, повернулся спина к спине, и стал тянуть, «чтобы успокоить».

По словам Птицына, Алексей продолжил вести себя агрессивно, схватил со стола нож, и тогда Птицын отпустил шарф, а Алексей «пошел в его сторону или хотел пойти, не замахивался». Подозреваемый, отобрав нож, нанес Алексею несколько ударов в область груди и шеи, а потом ушел спать в соседнюю комнату.

«Лег на диван и уснул. Как упал Алексей, я не видел, подумал, раны маленькие, не умрет», — приводятся его слова из показания в день убийства.

Труп Алексея обнаружил его пожилой отец Виктор — еще с улицы заметил его лежащим на кухне, горел свет, через окно всё было видно. Но он подумал, что сын просто уснул на полу. Подойдя к дому, мужчина удивился, что все двери открыты настежь. Алексей, по его словам, лежал у прохода, на шее был завязан детский шарф его пятилетней дочери. Виктор подумал, что кто-то пытался задушить сына, и быстро развязал его, и в этот момент изо рта Алексея потекла кровь. Мужчина в шоке выбежал на улицу и позвонил младшему сыну Петру, сказав: «Лешу убили!» Следом он сообщил об этом жене Алексея и его матери.

В этот момент во двор пришли «два бича», пытались зайти, мужчина их выгнал. Пока он с ними разбирался, из дома якобы выбежал неизвестный, его лица он не видел, но успел закричать: «Стой! Стрелять буду!» Тот перелез через забор и сбежал.

Но в официальных показаниях таких детальных моментов нет. Следователи допросили одного из тех, кого он выгнал (19 июня, через 4 месяца после убийства). Он заявил, что во дворе видел отца Алексея, его брата Петра и еще какого-то мужчину. Но 10 сентября свидетель поменял свои показания: кроме отца Алексея, больше никого не было, «никто через забор не перепрыгивал и не убегал».

После звонка от отца Петр приехал через 10 минут, и, забежав в дом, нашел брата. По его словам, у Алексея из шеи и рта текла кровь.

«Петя пытался его разбудить, кричал и плакал. Сказал, что у Леши в груди ранения», — вспоминает отец.

Осмотрев комнаты, они нашли в зале незнакомого худощавого человека, который сидел на диване в верхней одежде «и делал вид, что спит». Это был Птицын.

«Он притворялся спящим», — следует из допроса Петра.

Когда он начал его будить, то увидел на брюках сгустки крови, и подумал, что его мог ранить тот, кто убил его брата. Когда он спросил, кто это сделал с Алексеем, Птицын ответил: «Я не убивал, только душил».

После уже приехали скорая, полиция и следователь из Вилюйска вместе с судмедэкспертом. Труп Алексея тот осмотрел 17 февраля в 21:43 и заключил, что смерть наступила не менее 6 часов, но не более 12 часов назад. В обвинительном заключении указано, что Птицын мог убить Алексея в промежутке между 15:48–18:50.

Расследование убийства заняло почти год — уголовное дело возбудили 18 февраля по части 1 статьи 105 УК РФ (умышленное убийство, грозит от 6 до 15 лет строго режима). В тот же день следователь распорядился провести обыск в квартире Зверева и Птицына, изъять их личные вещи и одежду на экспертизу, забрать образцы ДНК, чтобы они не успели избавиться от улик.

Оба мужчины были допрошены, причем не единожды. Из показаний 30-летнего Зверева следует, что он с убитым Алексеем был знаком со школы: «Мы встречались с ним два-три раза до этого дня. Алексей был моим другом детства». Он утверждает, что Алексей позвонил ему в день убийства и попросил взаймы на выпивку, тогда Зверев решил присоединиться: «Знал, что Алексей не откажет, хотя он и не звал».

Конфликт Птицына и Алексея он подтвердил, но рассказал, что это он не хотел говорить про СВО, потому что ему «неприятно это вспоминать, так как когда там находишься, то это постоянно кровь, грязь и смерть». Алексей встал на его сторону, из-за чего и поругался с Птицыным, но ничего серьезного в этом не было.

Мужчина описывает погибшего так: «Алексей сам по себе человек спокойный, но, когда выпьет, то может вести себя агрессивно. С ним никогда не ругался, потому что были друзьями».

Следствию Зверев заявил, что уехал от Алексея примерно в 16:00 на такси. В распечатке его звонков от 17 февраля после 15:00 есть вызовы жене, несколько раз сестре, после дочери, и лишь вечером в 17:19 таксисту. Но в этот документ чуть боком вставлен блок звонков в отрезке времени от 15:44 до 15:48 — все таксисту.

У мужчины также есть свидетели. Самый главный — таксист, который подтвердил, что Зверев звонил ему примерно в 15:48, и он забрал его из дома Алексея. Вместе с ним в машине была пассажирка с ребенком, которая сказала то же самое: Зверев всю дорогу сидел на заднем сиденье и молчал.

Также есть продавщица магазина, которая сообщила следствию, что в 16:30 он заходил к ней и быстро ушел. Все трое утверждали, что мужчина был подвыпивший, но не пьяный — не шатался, вел себя спокойно, его куртка была без следов грязи и крови. Жена Зверева 14 марта заявила, что он вернулся домой после четырех и сразу лег спать (они поженились спустя несколько недель после убийства).

Спустя два дня после произошедшего, 19 февраля, Птицын написал повинную, сказал, что раскаивается, и попросил адвоката. В тот же день на следственном эксперименте Птицын рассказал о дне убийства: помнил, как и где стояла мебель, кто, где сидел, сколько ударов ножом он нанес убитому — не менее семи в область груди и шеи, слышал, как Алексей хрипит и задыхается, и, когда тот упал, «он запрыгнул на него сверху», продолжая закалывать ножом, «пауз между ударами он не делал».

20 февраля на очной ставке со Зверевым Птицын сказал, что тот ушел из дома Алексея, когда еще было светло, и только потом он напал на убитого.

«При этом хочу сказать, что в это время на улице уже темнело, а свет на кухне мы не включали, так как начали выпивать еще днем. Я вот хорошо помню, что всё вокруг было уже темно, но при этом комнату было видно, так как был еще свет с улицы», — это заявление Птицын сделал позднее. Напомним, что отец убитого и его брат утверждают, что свет везде горел, когда они пришли после шести вечера и нашли тело Алексея.

21 февраля подозреваемого взяли под стражу, хотя он просил изменить меру пресечения на домашний арест. 22 февраля ему предъявили обвинение.

Обвинительное заключение дополняется строками, что Птицын понимал, что наносит удары в жизненно важные органы, но особо не задумывался об этом.

«Поначалу он не хотел убивать Алексея, но после с агрессии и под алкоголем всё-таки решил его убить. Он понял для себя, что его всё равно привлекут, что все улики против него, его видела жена Алексея, и так далее. Осознав всё это, он не думал скрываться и убегать», — говорится в документе.

За год, пока шло расследование, дело переходило от одного следователя к другому. Было опрошено большое количество свидетелей, в том числе отец, сестра и братья убитого, коллеги его брата Петра, которые приехали на место происшествия, а также местные жители. Все, кроме матери убитого.

В пресс-службе прокуратуры республики корреспонденту 14.RU подтвердили, что в обвинительном заключении фигурирует только один человек по части 1 статьи 105.

«По версии следствия, в феврале 2025 года в ходе совместного распития спиртных напитков между обвиняемым и потерпевшим возник словесный конфликт, в ходе которого обвиняемый, отобрав у потерпевшего шерстяной шарф, накинул его ему на шею и начал тянуть. В свою очередь, потерпевший, обоснованно опасаясь за свою жизнь, в целях самообороны взял в руки кухонный нож, который был отобран обвиняемым и которым им потерпевшему были нанесены многочисленные удары в область расположения жизненно важных органов», — говорится в комментарии.

Родственники убитого подозревают, что Зверев может быть замешан в преступлении. По их информации, в марте 2020 года он был привлечен к уголовной ответственности за кражу в особо крупном размере, но дело закрыли. Осенью того же года его привлекли к административной ответственности за нарушение общественного порядка. В 2022 году Зверев был призван на СВО и 25 января 2025 года вернулся в отпуск.

Мать Алексея рассказала 14.RU, что в вечер убийства полицейские при них забрали Птицына в участок. И в ту же ночь был допрошен и Зверев, а участковый якобы заявил родственникам: «Они оба сознались».

— Потом резко всё переиграли: Зверева отпустили, он проходит как свидетель, и нам сказали, чтобы мы его не трогали. А тот участковый сразу уехал, его нет в поселке. Теперь никто нам не верит,  — рассказывает Александра.

По ее мнению, двери дома Алексея были открыты не просто так: сообщники якобы могли планировать вынести труп ее сына и спрятать. Поэтому ее не удивляет, что между убийством и обнаружением тела Алексея прошло два часа, что якобы Зверев мог успеть вернуться, сделав себе алиби, поэтому Птицын и сидел на диване уже в верхней одежде.

Александра предполагает, что на кухне затерты следы, поскольку под чистым линолеумом жена убитого нашла пятна крови, и пропало кухонное полотенце (следствие его на экспертизу не забирало), а на рукоятке ножа нет следов рук.

— Они могли всё смыть. Зверев знал Лешины повадки: у него было очень много друзей, он мог зайти к одному другу, второму, третьему. Они бы сослались, что Леша ушел своей тропой. Потом мы бы его где-то обнаружили, то есть время ушло на поиски тела. Тем временем они могли сколько угодно себе алиби сделать. Но тут пришел Виктор и немного у них не получилось,  — предполагает Александра, хотя прямых доказательств у нее нет.

Кроме того, Александре кажется странным, что пили водку все трое, а алкоголь во внушительных объемах нашли только в крови Алексея. В своих показаниях Зверев утверждал, что когда он уходил, Алексей стоял на ногах и на прощанье они обнялись. А по словам Птицына, через минут 30–40 после ухода Зверева они с Алексеем начали драться, потом был шарф и прочее.

— Анализы показали, что мой сын был в беспомощном состоянии. В его крови не нашли выброс адреналина, а он должен был быть, если Леша дрался. Почему только мой сын оказался настолько пьян, что у него было состояние, готовое к отключке? И как при этом, если Птицын говорит, что удерживал его шарфом, Леша мог дотянуться до ножа? — задается вопросом Александра.  

Экспертиза показала, что в крови и моче у убитого Алексея обнаружено 3,9 промилле — тяжелое алкогольное отравление, что возможно при употреблении не менее двух бутылок водки.

У Птицына 18 февраля нарколог выявил 0,63 промилле алкоголя, а у Зверева 0 промилле — мужчина был полностью трезв. При этом на их теле нет никаких следов повреждений, разве что у Птицына порез руки (он получил его, когда якобы отобрал у Алексея нож). У убитого, помимо ножевых ранений, судмедэксперты обнаружили еще ушибы грудной клетки, а также термический ожог левой руки 1 степени на площади 4%. Эксперты предположили, что причиной могло быть соприкосновение с горячей батареей.

По словам матери, Зверев уехал сразу после очной ставки, на похороны не пришел.

—  Он же в тот вечер убийства позвонил жене Леши примерно в семь, может, чуть позже, и спросил: «Что там у вас происходит?» Она задала ему встречный вопрос: «А ты знаешь, что Лешу убили?» Зверев никак не отреагировал, даже не удивился, был спокоен. Если бы моего друга детства убили, у меня были бы эмоции. А ему, видимо, всё равно. И он сразу же уехал в Якутск. Просто скрылся, как крыса. Ни разу с нами не пообщался, ни соболезнований, ничего не принес. Лучший друг так поступить не может, — считает она.

Мама Алексея вспомнила, что за день до убийства между Алексеем и Зверевым произошла ссора на тему СВО, о чем ей рассказал сын.

— Алеша сказал, что Зверев постоянно упрекает его в том, что он отсиживается дома, пока все воюют. Он постоянно подбивал его тоже идти. Леша однажды чуть не подал документы из-за его давления. И 16 февраля они опять из-за этого повздорили. Сына останавливало только то, что у него трое детей, маленькие братья — школьники, а другой брат инвалид. Он был единственный кормилец семьи, наша поддержка и опора, — говорит Александра.

По словам матери убитого, Зверев якобы уже нападал на Алексея раньше, но тот его каждый раз прощал.

— Но меня никто не опросил, хотя я знаю больше всех остальных. Зверев у меня уже давно был на виду. Я с Лешей говорила по этому поводу: «Когда-нибудь он нападет, и никто не сможет тебя защитить». Он сделает так, что даже и комар носу не подточит. И все ему поверят, потому что он герой, он военный, а ты простой. Зверев очень подлый человек. Я так думаю, что при виде Леши он чувствовал себя ничтожеством. У Леши было всё — работа, семья, дети, друзья, а у него ничего. И Леша постоянно его вытаскивал, помогал, поддерживал, давал деньги, даже свою одежду. Но когда Зверев вернулся с СВО, он сказал ему: «Я с такими, как ты, не дружу». Леша мне потом говорит: «Мам, а как так? Представляешь, я его ждал, а он вот так со мной поступил», — вспоминает Александра.

Сейчас материалы уголовного дела переданы в суд. В обвинительном заключении указано, что Птицын умышленно убил Алексея из-за личной неприязни. Мужчина почти год в СИЗО. В сентябре, по словам родственников жертвы, мужчина понял, что ему грозит 15 лет, из-за чего внезапно отказался от признательных показаний, и брат нанял ему частного адвоката. Первое слушание прошло 23 января, и сторона защиты заявила, что Птицын убивать Алексея не собирался, что это была самооборона. Об этом корреспонденту 14.RU 1 февраля рассказала сестра убитого.

— Сам Птицын постоянно молчит, адвокат не дает ему и рта раскрыть, и упирает теперь на то, что он всего лишь оборонялся, что убил Алексея случайно в состоянии аффекта. Но как можно? Там удушение, ему сломали кадык, а потом нанесли 30 сквозных ножевых ранений! Разве это можно назвать самообороной? — возмущается девушка.

Родные отправили ходатайство о пересмотре дела от имени своего адвоката, чтобы переквалифицировать дело на пункт «д» части 2 статьи 105 УК РФ — убийство, совершенное с особой жестокостью (перед смертью жертва испытывала мучения).

Но, по словам сестры убитого, судья якобы сказал, что на это нет оснований:

— Она сказала, что Леша не мучился перед смертью, потому что не кричал, не просил пощады, нет свидетелей, которые бы слышали или видели это. А адвокат Птицына вообще издевается над моей матерью, говорил ей: «У вас всё равно ничего не выйдет», — утверждает она.

Следующее заседание состоится 10 февраля. По словам сестры Алексея, Зверев так и не появился в суде — на заседании сообщили, что это связано с его прохождением службы на СВО. Мать жертвы рассказывала журналисту, что Зверев с женой после случившегося жил в Нюрбе.

До этого сестра военнослужащего якобы пригрозила им, что если они попробуют его привлечь, то она их засудит: «Я подниму на уши всех адвокатов, вы еще у меня поплачете», процитировала ее слова Александра.

Матери Алексея тяжело пережить смерть сына — каждый уголок в поселке напоминает о нем: спортивная трибуна, крыльцо в садике, частные дома, «идешь по поселку и видишь дела его рук».

Суду родные предоставили много характеристик, где об Алексее отзываются его коллеги, учителя, односельчане, причем отмечается, что Алексей никогда не был агрессивным, наоборот, считался отзывчивым и добрым человеком, к которому все обращались за помощью.

В обвинительном заключении отмечается, что во время следственного эксперимента в доме убитого Птицын зашел к нему в комнату, увидел фото на поминальном венке, заплакал и сказал: «Алексей простит меня за то, что я сделал».

Мать Алексея считает этот поступок ужасным:

— Алеша его простит? А родственники, которые остались без Леши? А дети его, которые каждый день спрашивают: «Где наш папа? Бабушка, давай папе позвоним». А это как? То, что он оставил детей без отца, братьев без брата, мать без сына и жену без мужа? Без опоры нашей. Это как? Вы думаете, это можно простить? Я не могу смотреть в глаза детям. Они смотрят на меня и не понимают, куда делся их папа. Его любимая дочь говорит: «Я папе подарок сделала в садике, а подарить не могу». И вот это можно простить?

Он был моей поддержкой с детства. И до конца у нас была большая связь. У нас было всё замечательно до тех пор, пока они не вторглись в наш мир и не принесли такое горе в нашу семью. Каждый вечер прячусь от детей, чтобы не видели, как я плачу. Мне невыносимо от слов младшего. Ему 13 лет, у него 16 февраля день рождения, а Алексея убили 17-го. Он не хочет праздновать. У него синдром аутизма. И вы представляете, как мир его разрушен сейчас? Я стараюсь работать, заниматься чем-то, чтобы хоть как-то… Это целый год длится. А как дальше жить? И разве можно всё это простить? Это ведь навсегда. Самое страшное слово — навсегда. Можно было бы простить, если бы он выжил, был в больнице и шел на поправку. Я бы простила. Но они ему даже шанса не оставили.